Home Статьи Комод работы А.Ф.Делорма из собрания ГМИИ им. А.С.Пушкина и сложности изучения парижских комодов «EN TOMBEAU» ХVIII века

ArtLab

JA slide show

Комод работы А.Ф.Делорма из собрания ГМИИ им. А.С.Пушкина и сложности изучения парижских комодов «EN TOMBEAU» ХVIII века

Датировка памятника становится нередко главным вопросом, возникающим в процессе экспертизы старинной европейской мебели, причем в каждом конкретном случае его решение приобретает индивидуальные и зачастую неожиданные ракурсы. Проблема может формулироваться как «подлинник или подделка», «подделка или историзм», как выявление баланса между оригинальными и поздними деталями в предметах, подвергавшихся ремонтам, реставрациям и переделкам. Особую группу составляет мебель ХIХ – начала ХХ века, воспроизводящая стилистику более ранних эпох и включающая незначительные по сравнению с общей площадью поверхности фрагменты разрушенных старинных предметов. Опыт работы с коллекцией ГМИИ свидетельствует, что поздние вмешательства не обошли ни одного из памятников ХVI – первой половины ХIХ века.

Интересным примером непростой судьбы предмета ХVIII века оказался комод работы Адриэ Фезло Делорма (Adrien Faicelot Delorme, род. ок. 1715-20 гг. – ум. после 1783 г.) вместе с аналогичным парным к нему он поступил в музейную коллекцию в 1933 году из Гос.антиквариата в Ленинграде. В 1975 году эти комоды были разъединены: один из них передан в Государственный музей-заповедник «Петергоф», а оставшийся в ГМИИ был передатирован 1720-ми годами.

Проведенное нами обследование комода из московского собрания подтвердило, что он был исполнен около 1749 года. Ошибочная датировка оказалась результатом невнимательности, поскольку работы парижских эбенистов ХVIII века всегда несут на себе достаточное количество информации, позволяющей определять время их создания с точностью до 5-10 лет. Комод А.Ф.Делорма относится к довольно архаичному для середины века типу, возникшему в период Регенства (иногда примерным временем рождения этой разновидности называют 1720 год) и получившего в эти же годы и свое название – «commode en tombeau» («комод-гробница»). Наиболее четкое представление о типичном французском комоде «en tombeau» дают парижские образцы, исполненные в 1720-40-е годы. За этот период конструкция, система фанеровки и бронзовая фурнитура претерпели некоторую эволюцию. Но время существования этой мебельной формы оказалось слишком скоротечным, а развитие художественного стиля второй четверти ХVIII века недостаточно динамичным, поэтому декор комодов «en tombeau» нередко вводит исследователей в заблуждение. В популярных зарубежных изданиях исполненные в 1730-40-е годы комоды этого типа зачастую относятся к периоду Регенства и определяются как «а la Regence». Следует признать определение стилистической принадлежности и датировку таких вещей довольно сложной задачей и выделить ряд признаков, отличающих «commode en tombeau» середины века от более ранних образцов.

Комод из ГМИИ массивен, опирается на короткие ножки (именно эта особенность и вызвала в ХVIII веке ассоциацию с каменным саркофагом, породившую столь необычное название предмета), имеет два больших и два малых ящика, расположенных тремя ярусами. Изгиб переднего фасада повторяет силуэт арбалета, что встречается во французских комодах середины века довольно редко. Характерным элементом декора является трехлопастной ламбрекен, расположенный по центру нижней царги.

Три функциональные зоны ящиков разграничены несущими их царгами, которые украшены горизонтальными желобками, заполненными латунными лентами «плаке». Такое подчеркнуто конструктивное решение фронтального фасада стало яркой особенностью комодов «en tombeau» 1720-30-х годов, вышедших из моды уже у началу 1740-х. Их наличие является некоторым противоречием художественной концепции комода середины века и привносит в облик предмета элемент стилевой двусмысленности.

Декорированные царги переднего фасада - изобретение периода Регенства. Комод «en tombeau» 1720-х годов, подчеркнуто архитектурен; в начале своей истории он представляет в плане прямоугольник, но к концу десятилетия обретает криволинейность и сложившуюся систему бронзового декора в стиле «a la Berain». К началу 1730-х годов его корпус окончательно освобождается от классической скованности, становится более подвижным и как бы «разбухает» изнутри. Передние углы, нередко ранее скруглявшиеся и оформлявшиеся каннелюрами с «плаке», заостряются и получают напряженный изгиб; то же самое происходит и с задними углами; боковые плоскости приобретают горизонтальные латунные тяги на границе между верхним и средним ярусами, в результате чего подобный комод производит впечатление туго стянутого в трех местах – по верхней и нижней обвязкам, а также над средним ящиком. 1730-е годы – время расцвета этой мебельной формы, особое великолепие которой придавали роскошные массивные накладные бронзовые детали, сочетающие растительно-рокайльные мотивы и скульптурные элементы, наиболее характерными из которых стали женские головки «эспаньолеты».

В рамках самого рококо дифференциация предметов по времени их создания гораздо сложнее, но некоторые закономерности развития все-таки возможно проследить. К началу 1740-х годов силуэт заметно успокаивается, а границы между боковыми и задней плоскостями вновь выпрямляются; возникает легкая изогнутость и скошенность боковых стенок и заостренность передних углов; каноничные со времени регентства латунные тяги начинают исчезать, а вслед за ними пропадают и выведенные на лицевой фасад несущие ящики перекладины-царги. Ножки вытягиваются, что заметно облегчает силуэт комода и упрощает пользование нижним ящиком, находившимся до этого почти у самого пола.

Фанеровка комода А.Ф.Делорма следует сложившейся в1720-е годы схеме. Розовое дерево, амарант (или фиолетовое дерево) и красное дерево наложены небольшими участками, струя на соседних деталях паркетри расположена под разными углами – 45 градусов, вертикально и горизонтально. Разнообразием отличаются и углы распилов фанеры. Декорация ящиков образована вписанными друг в друга прямоугольниками и образует «шевроны», боковые стенки фанерованы вписанными друг в друга прямоугольниками и ромбами. Существует мнение, что такая устойчивая система паркетри, состоящего из прямоугольников, ромбов и разнообразных рамок, возникла в результате предпочтения амаранта, морфологические признаки которого (толщина ствола взрослого растения не превышает 10-12 см) и продиктовали необходимость наложения шпона только неширокими полосами. Этот рисунок кажется несколько старомодным в предметах середины века, обращение к нему могло стать результатом сознательного копирования стилистических особенностей фанеровки более раннего времени.

В 1740-е годы парижские эбенисты отказываются от трехъярусного членения декора переднего фасада, который обретает композиционное единство. Около середины ХVIII века начинают преобладать комоды с сюжетными растительно-орнаментальными композициями маркетри; в некоторых случаях передняя плоскость объединяется картушем, образованным орнаментальными бронзовыми накладками; границы функциональных зон становятся малоразличимыми.

Фанеровка комода из ГМИИ имеет многочисленные лакуны, довольно аккуратно подогнанные старые реставрационные вставки и грубо вклеенные поздние полосы орехового шпона. Толщина ее значительно уменьшилась в результате поздней перециклевки поверхности. Даже беглый осмотр фасадов указывает на то, что предмет подвергался неоднократным ремонтам и поновлениям. Изучение внутренних поверхностей подтвердило, что значительная часть его конструктивных деталей поздняя. Первоначальная авторская конструкция была выполнена из сосны, что характерно для работ А.Ф.Делорма. От нее сохранились только боковые стенки и передние доски царг. Новыми являются грубо обработанные на внутренних плоскостях дно, ножки, большая часть крышки, несущие ящики полки с наводящими брусками, а также задняя стенка, которые изготовлены из сосны. Ящики имеют переднюю стенку из сосны, заднюю и боковые из бука, а также дно из ореха. Фанеровка ХVIII века была перенесена на обновленные элементы конструкции. Оказалось, что комод был разобран и собран заново, бронзовые детали смонтированы на прежние места.

Ремонтные работы были, по-видимому, осуществлены в прошлом веке. Об этом свидетельствует наличие старинных гвоздей, а также некоторые особенности обработки древесины. Внешние поверхности крышки и задней стенки обработаны более тщательно. Сзади сохранились остатки трех старых наклеек – трудночитаемой рукописной, содержащей краткое описание предмета ( в тексте он называется «шкафом»); правого верхнего уголка оборванной печатной этикетки; явно относящейся ко времени пребывания в Гос.антиквариате бумажки с небрежной карандашной надписью «№4 Ор. Дв.8», которая подтверждает происхождение из Ораниенбаума, хотя она могла быть сделана и ошибочно. В случае дворцового происхождения этого памятника он, вероятнее всего, попал в Россию в ХVIII веке и подвергся переделкам в следующем столетии.

Наличие подлинных боковых стенок и передней доски крышки дает важнейшее преимущество в изучении данного предмета, так как благодаря этой особенности сохранности комода мы имеем возможность рассмотреть авторское клеймо А..Ф.Делорма, получившего звание мастера и право подписывать свою продукцию 22 июня 1748 года. Фамилия автора проставлена на всех четырех углах верхней плоскости корпуса. На парном предмете из коллекции ГМЗ «Петергоф» она расположена только на торцах боковых стенок у передних углов. Это одно из наиболее крупных клейм парижских эбенистов ХVIII века (около 7 мм в высоту). Проблема наличия подписей на изделиях столичных мастеров, которым с середины века стало вменяться в обязанность проставлять свои имена на всех завершенных предметах, убедительно комментировалась А.Прадэром. Нам кажется, что случаи авторского клейма в результате позднейших переделок конструкции – одна из наиболее частых причин анонимности высококачественной парижской мебели конца ХVIII века.

Бронзовый декор комода А.Ф.Делорма, а также стилистические особенности французской мебельной фурнитуры тех лет могли бы стать темой для более обстоятельного исследования. Детали имеют клеймо «С под короной» (высотой около 2,5 мм), ставившееся на весившие более двух унций художественные изделия из медных сплавов с 5 марта 1745 года по 4 февраля 1749 года. Его отсутствие на накладках замочных скважин верхних ящиков свидетельствует о том, что они были исполнены чуть позже. Преобладание промаркированных этим клеймом деталей означает, что комод был закончен вскоре после отмены этого указа. Бронзовая фурнитура отличается высоким качеством литья и чеканки, но ее позолота почти полностью утрачена. Ассортимент и система расположения накладок следует сложившейся к началу 1730-х годов концепции. Ансамбль включает в себя ручки двух модификаций, две разновидности замочных обрамлений, украшение ламбрекена, детали для передних верхних углов и ножек, а также профилированные рейки-багеты. Почти все детали имеют утилитарное оправдание – исключение составляет только не соответствующая замочной скважине центральная накладка верхнего яруса.

Практичность соединена с изяществом художественного решения, развивающего мотивы цветов, листвы и перистых рокайлей. Особенно красивы исполненные в высоком рельефе верхние угловые детали, имеющие вид слегка асимметричных цветочных гирлянд. Некоторая неоднородность художественного уровня бронзы дает основание предполагать, что модели могли быть выполнены разными мастерами. Парные детали имеют малозаметные отличия в рисунке и рельефе. Изучение особенностей бронзового декора французских комодов середины ХVIII века показало, что все элементы фурнитуры, за исключением верхних угловых накладок, имеют большое число аналогов. К числу наиболее распространенных относятся детали на ножках и ламбрекене. Это типичное явление для мебельного производства тех лет. Фурнитура основного потока мебели парижских эбенистов сводилась к довольно узкому ассортименту  моделей. С готовых бронзовых отливок снимались формы, которые использовались для изготовления новых деталей, поэтому объем продукции, восходившей к единственной первоначальной модели, приобретал широкий масштаб. Подтверждением того обстоятельства, что бронзовые детали рассматриваемого нами комода не создавались специально, а были подобраны из числа имевшихся в наличии в мастерской, является некоторое несоответствие части накладок размерам предназначенных для них элементов конструкции корпуса. Накладка на ламбрекене несколько велика для него, а детали на ножках, напротив, малы. Такая несомасштабность встречается во французской мебели довольно часто.

Накладная мраморная доска имеет характерные для этого времени толщину (около 2,8мм), облом и трехлопастное оформление передних углов. Она изготовлена из серо-розового сорта мрамора итальянского происхождения, находившего в те годы довольно широкое применение в декоре французского архитектурного интерьера. Он нередко встречается во французской рокайльной мебели середины ХVIII века и не дает оснований для уточнения датировки самого комода.

Таким образом, комод из собрания ГМИИ, помимо датирующих его клейм, имеет немало других особенностей, позволяющих узнать в нем предмет конца 1740-х годов. Но сама эта вещь не вписывается в круг работ А.Ф.Делорма, исполненных им в середине века. Этот мастер стал одним из эбенистов первого ряда, высоко ценившимся современниками и даже избиравшимся старейшиной гильдии. Он особенно славился своею мебелью с маркетри растительного рисунка, соответствовавшей модной рокайльной стилистике. Его комоды тех лет отличаются изяществом пропорций, а также современностью конструкций, поэтому обращение мастера к старомодной концепции этого типа мебели можно объяснить только какими-то таинственными причинами субъективного характера, связанными с историей получения данного заказа.

Е.Г.Пильник
Государственный музей изобразительных искусств им. А.С.Пушкина, Москва

 

Партнеры



 

 
 
 
 
 

 




Эксперты-консультанты


Живопись | Графика | Реставрация | 
ДПИ 

Популярные статьи

Контакты

БНТЭ Арт-Лаб
Tел: +38 (044) 2723745
Email: info@art-lab.com.ua

Сайт: www.art-lab.com.ua

 

Время работы : 

понедельник-четверг - с 10.00 до 18.00

пятница - с 10.00 до 17.00

суббота, воскресенье - выходной 

 

Рекомендуется предварительная запись.